пятница, 24 апреля 2009 г.

(ПОРТНОВСКОЕ ИСКУССТВО. НАЧАЛО. ЕВРОПА. ЧАСТЬ1)

Король-Солнце и последующие за ним финансово выжгли и истощили Францию.
Когда несчастный Людовик 16 принял власть, казна была пуста, королевство отягощено долгом в четыре миллиарда ливров, народ (т.н. – «третье сословие»), в том числе и буржуазия, был раздавлен различными повинностями и налогами.
Я думаю, всем понятно, что даже в настоящее время 4 миллиарда, ну допустим, евро - это большая сумма, а 300 лет назад такая сумма в любой валюте была практически неподъемной для любого государства.
Однако Марии Антуанетте – жене Людовика в принципе было начхать на эти проблемы. Она любила праздники, балы, театр и т.п. увеселительные мероприятия. Французский королевский двор по-прежнему был самым блестящим и расточительным в Европе, поэтому портные процветали.
Конечно же, искусство «де се дэветир» (одеваться) было весьма важной частью жизни королевского двора и светской жизни вообще, которая в то время почти исключительно была связана со двором. Это искусство, как и костюм того времени, было весьма сложным, поэтому портные, обслуживавшие потребности знати, были востребованными и уважаемыми членами общества. Причем, они были вхожи в тот светский круг, в который представители иных слоев буржуазии смогут попасть только через 50 лет.
Надо сказать, что в конце 18 века в Европе преобладал способ шитья, который позже назовут bespoke. А в высшем свете этот способ, который во Франции еще будут называть «от кутюр», будет господствовать вплоть до 80 годов 20 века. Но в те времена даже бродячие портные, которые обслуживали не самые обеспеченные слои общества, шили по меркам конкретного заказчика.

(Это костюм эпохи первых денди, в котором еще над всеми составляющими образа преобладает роскошь в ущерб функциональности и доминирует дворцовая мода.)

Особенно блистала в этой процветавшей в тяжелое для Франции время корпоративной вселенной Мари Жанна Бертэн, 1744—1813, которую чаще называют просто Роз Бертэн.
Никто из портных до нее не имел столько влияния на титулованных особ и «сильных мира». Фактически ее можно назвать первым дизайнером моды, так как она часто не следовала вкусу или прихотям своих заказчиков, а формировала их, создавая тренды и модели.
Ее влияние не только на Марию-Антуанетту, но и на весь двор в области искусства одеваться было так велико, что Бертен часто называли «министром моды».


Но процветала не одна только Бертен, в то время в Париже искусство пошива по доходности было сравнимо с современной нефтедобычей или золотыми рудниками.


А между тем почти в другом измерении Людовик вел заведомо проигрышную борьбу с внутрифранцузским кризисом. Генерального контролера финансов Тюрго, который в самом начале правления Людовика 16 попробовал установить режим жестокой экономии и значительно урезал расходы двора, чем нажил себе врагов и прежде всего королеву, в 1776 г. сменил банкир Неккер.
У него все было хорошо, насколько это возможно было при огромном внешнем и внутреннем долге, но и он стал добиваться сокращения расходов двора. С этого момента Неккер сделался неугоден, и Людовик в 1781 г. отправил Неккера в отставку.
Финансовые проблемы нарастали, однако при этом не сокращалось ни финансирование двора, ни привилегии дворянства и духовенства, фактически все бремя расходов ложилось на простой народ и буржуазию.
В конце концов, финансовый кризис и недовольство низов верхами послужили основой Французской революции (вот так одной фразой, так как это не предмет данного поста, хотя интересно, как Генеральные штаты из предполагаемого инструмента политики короля превратились в орудие его свержения).
Напомню, что во Франции в то время существовали классовые сословия без учета имущественного положения лиц, в них входивших. Даже мелкий дворянин был по социальному положению в обществе выше любого буржуа. И т.н. третье сословие, составлявшее прежде всего крепнувшую городскую буржуазию, не имело никаких привилегий, кроме привилегии оплачивать расходы дворянства и духовенства и быть подверженными их суду. И гораздо позже во французской литературе неоднократно будут описаны сюжеты о тех временах, когда захудалый дворянин мог безнаказанно оскорбить уважаемого буржуа. Обычно эти сюжеты имели реальную основу.
Однако, и в «дореволюционный» период положение портных в обществе продолжает усиливаться. Очень быстро сделав состояния, модные портные заняли высокое (насколько возможно) положение в обществе, которое «визуализировалось» особняками в Париже и престижных предместьях.
В этот период времени примерно с 1776 года Англия с ее передовыми промышленными технологиями, производственным мышлением, свободными и уважаемыми ремесленниками становится образцом в мире портновского искусства и более широко в мире моды. Моделям английских портных подражают и восхищаются во всех столицах Европы, но особенно в ведущих Париже и Вене.
Примерно в это же время в Лондоне начинается активное освоение портными и белошвейками улиц Джермин и Сивил Роу. В 1780 все доминирующие тренды в моде были известны под общим названием – «английский стиль».
И позже вплоть до революции парижские модные журналы и наиболее известные портные имели в Лондоне своих - как сейчас можно было бы сказать – промышленных шпионов, которые информировали о сколько-нибудь значимых новинках английской моды и стилистических находках британских портных.
Но, безусловно, наиболее значимым влияние Лондона ощущалось в области мужского костюма. Ведь британская мода в основном была не модой королевского двора, а модой мужских клубов.
Но хотя во Франции та же Роз Бертен была представителем старой школы портных, само появление и расцвет ее и ей подобных мастеров стал следствием того, что под диктатом экономики влияние старых цеховых правил стало слабеть, а затем уже в период французской революции было совсем отменено.
Отмена (ослабление) суровых цеховых правил способствовала тому, что, начиная с 1772-1774 года, во Франции начали быстро развиваться т.н. конфекционное производство и торговля. Надо сказать, что, судя по времени издания модных журналов (а это достаточно точный индикатор появления производства, рассчитанного на более массового потребителя), бурно развиваться конфекционный сектор во Франции начал только с 1785 года. В Британии - с 1770, в Голландии - с 1777. Это были страны с уже устоявшимся сектором массового производства, опиравшегося на крепкую и влиятельную буржуазию.
Конфекция - это производство готовой одежды (RTW) по упрощенному крою, из массовых и более дешевых тканей с применением упрощенной обработки, но с сохранением основных трендов и силуэтов. И чтобы кто ни говорил, этот фундамент сохраняется в готовой одежде до сих пор.
Итак, в Европе производство готовой одежды, предназначенной для массового потребителя, начало развиваться в конце 18 века.
Во Франции этому процессу не помешала даже революция и последующие имперские войны.

Комментариев нет:

Отправить комментарий